Корпоративный договор: 5 вредных советов

Авторы: Надежда Минина, партнёр NSP; Иван Чувакин, юрист NSP

Никогда вопросов глупых

Сам себе не задавай,

А не то ещё глупее

Ты найдёшь на них ответ.

Если глупые вопросы

Появились в голове,

Задавай их сразу взрослым.

Пусть у них трещат мозги.

(Григорий Остер)

Последнее десятилетие неизменно растёт запрос на оформление бизнес-партнёрств путём заключения корпоративных договоров по российскому праву. Базовые правила игры установлены в гражданском законодательстве и активно дополняются судебной практикой.

Мы проанализировали связанные с российскими корпоративными договорами судебные решения за 2021 год и выбрали из них наиболее интересные и полезные с точки зрения практикующего юриста.

Опираясь на судебную практику, мы хотим дать 5 вредных советов, следуя которым, вы наверняка заключите корпоративный договор, который не будет работать.

ВРЕДНЫЙ СОВЕТ 1. Ничего непонятно? Отлично![1]

Корпоративный договор содержит много сложных условий. Используйте формулировки, допускающие двоякое толкование. Если стороны не сойдутся в толковании, суд разберётся. Так было в деле А51-11120/2020.

В ООО "Калина Хлопок" было 5 участников – физических лиц. Три участника общества заключили между собой корпоративный договор.

В корпоративном договоре стороны договорились согласовывать между собой варианты голосования на общем собрании участников общества по вопросам избрания и досрочного прекращения полномочий генерального директора, изменения адреса места нахождения общества, а также внесения изменений в устав общества. Также корпоративный договор устанавливал процедуру согласования вариантов голосования.

Нарушение установленного порядка согласования вариантов голосования и голосования на собрании влекло следующие правовые последствия: "решение, принятое в результате такого нарушения, будет признано в судебном порядке недействительным, а с недобросовестной стороны в пользу добросовестной будет взыскана компенсация в размере 50 млн руб. за каждый факт нарушения".

Генеральный директор общества созвал внеочередное общее собрание участников, в повестку дня которого были включены вопросы, по которым стороны корпоративного договора обязались голосовать в соответствии с совместно выработанной ими позицией (о досрочном прекращении полномочий генерального директора, об избрании генерального директора и об изменении адреса места нахождения общества). Истец направил сторонам предложение о согласовании вариантов голосования по вопросам повестки дня. Ответчик не выразил несогласие с предложенными вариантами голосования, однако на собрании проголосовал отличным от других сторон корпоративного договора образом.

Истец требовал взыскания с ответчика штрафа в размере 50 млн руб. за каждый факт нарушения.

Руководствуясь указанным выше положением корпоративного договора о последствиях нарушения согласованного голосования, суд в данном деле ответил на два вопроса: (1) о квалификации понятия "компенсация" как неустойки и (2) о необходимости признания решения общего собрания участников недействительным для взыскания компенсации.

Относительно квалификации компенсации как неустойки суд отметил, что в договоре стороны договорились о выплате компенсации, хотя в гражданском законодательстве такая мера ответственности не предусмотрена. Между тем, суд расценил условия договора о взыскании компенсации условием о выплате неустойки в соответствии с п. 1 ст. 330 ГК РФ. Иными словами, компенсация была признана определённой договором денежной суммой, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства.

Однако особый интерес вызывает позиция судов по второму вопросу. Первая инстанция пришла к выводу, что признание недействительным решения общего собрания участников, на котором ответчик проголосовал в нарушение установленного корпоративным договором порядка голосования, является необходимым условием для взыскания неустойки. Апелляция и кассация установили, что формулировка договора, в отношении толкования которого стороны не могут достичь единого мнения, определённо допускает её двоякое толкование, при этом каждый вариант толкования не является безупречным.

Согласно первому толкованию для взыскания компенсации достаточно уже самого факта нарушения положений корпоративного договора о совместном голосовании, а взыскание компенсации – это неизбежное последствие, которое наступает для проголосовавшего с отступлением от закреплённых корпоративным договором принципов и порядка. Признание решения собрания недействительным в судебном порядке не требуется для взыскания компенсации и является самостоятельным последствием нарушения процедуры совместного голосования. Указанной позиции придерживался истец.

Согласно второму толкованию для взыскания компенсации (неустойки) необходима совокупность условий, а именно (1) нарушение положений корпоративного договора о совместном голосовании и (2) признание недействительным в судебном порядке решения, принятого в результате таких нарушений. Указанной позиции придерживались ответчик и третьи лица – участники общества, не являющиеся сторонами корпоративного договора. Данная позиция также была принята судом первой инстанции и поддержана судами вышестоящих инстанций.

Проблема включённой в договоре формулировки заключается в невозможности её однозначного толкования. Действительная воля сторон на момент заключения корпоративного договора, вероятнее всего, была направлена на установление двух независимых друг от друга последствий нарушения стороной корпоративного договора договорённости голосовать определённым образом: признание решения общего собрания участников недействительным и взыскание неустойки. Указанные последствия связаны союзом "а", хотя корректнее было бы использовать "и/или". В этом случае оба способа защиты права однозначно являлись бы независимыми, и реализация одного из них не были бы обусловлена использованием другого. Сторона корпоративного договора имела бы право выбора способа защиты права: применить один из них или оба одновременно.

Кроме того, корпоративный договор был заключён между тремя из пяти участников общества. В этом случае нарушение корпоративного договора не может являться основанием для признания недействительным решения собрания по иску стороны договора, поскольку в соответствии с п. 6 ст. 67.2 ГК РФ такое оспаривание допускается только в том случае, когда все участники общества являются сторонами корпоративного договора. Поскольку суды пришли к выводу, что без признания решения собрания недействительным право на взыскание неустойки не возникает, фактически суды снизили объём гарантий ненарушившего участника и установили непреодолимый барьер для взыскания неустойки.

Полезный совет: старайтесь использовать максимально чёткие и однозначные, не допускающие двойного толкования формулировки. При множественности правовых последствий нарушения обращайте внимание на используемые союзы.

ВРЕДНЫЙ СОВЕТ 2. Фантомная ответственность? Согласовано![2]

Установите в договоре ответственность за нарушение несуществующего положения договора и не тратьте время на проверку перекрёстных ссылок. Дайте суду разобраться, кто и за что отвечает, как это было в деле А40-217832/2020.

В ООО "БиТиЭм" было 6 участников. 2 участника (миноритарный участник - физическое лицо, являющееся одновременно единоличным исполнительным органом, и мажоритарный участник - юридическое лицо) заключили между собой корпоративный договор.

Корпоративный договор предусматривал, что мажоритарный участник должен выплатить штрафную неустойку в размере 5 млн руб. за нарушение обязанности принимать участие в и голосовать на общем собрании участников в соответствии с условиями корпоративного договора.

Мажоритарный участник дважды не явился на собрание, тогда как устав предусматривает принятие любых решений только единогласным голосованием. Миноритарный участник предъявил мажоритарному участнику требование о выплате неустойки. Однако суды пришли к выводу, что в корпоративном договоре не установлена обязанность мажоритарного участника принимать участие в общих собраниях участников и голосовать определённым образом по вопросу о досрочном прекращении полномочий генерального директора общества, который был включён в повестку дня собраний, на которые мажоритарный участник не явился.

Более того, суды установили, что корпоративным договором установлена обязанность только миноритарного участника голосовать по вопросу о прекращении полномочий генерального директора таким образом, как будет голосовать по этому вопросу мажоритарный участник.

По мнению судов, действительная общая воля сторон была направлена на ограничение корпоративных прав миноритарного участника, одновременно исполняющего обязанности единоличного исполнительного органа общества. Поскольку уставом общества предусмотрено, что решения принимаются всеми участниками единогласно, благодаря положениям корпоративного договора мажоритарному участнику предоставлена возможность сменить генерального директора общества.

Суды констатировали, что ответственность в виде штрафной неустойки предусмотрена не за сам факт неучастия и неголосования в общем собрании участников, а исключительно за неисполнение обязанности принять участие в собрании и проголосовать определённым образом в случае, когда такая обязанность прямо предусмотрена условиями корпоративного договора. Если же корпоративный договор не устанавливает таких обязательств, то сам факт неявки участника на собрание не может являться основанием для взыскания штрафной неустойки.

Полезный совет: чётко прописывайте в корпоративном договоре основания для взыскания штрафной неустойки. Удостоверьтесь, что в договор включено не только положение об ответственности, но и обязанность, нарушение которой приводит к такой ответственности.

ВРЕДНЫЙ СОВЕТ 3. Участник или директор? Какая разница![3]

Участник является директором и даёт указания другим участникам, как голосовать на общем собрании? Ни в коем случае не уточняйте, что такое физическое лицо заключает договор как участник, а не директор общества. Суд разберётся, действительны ли положения такого договора, как это было в деле А45-6005/2020.

3 физических лица - участника ООО "Бастион" заключили между собой корпоративный договор.

Участники договорились, что по вопросу об избрании директора или прекращении его полномочий все участники будут голосовать в соответствии с мнением одного из участников, являвшегося на дату заключения корпоративного договора директором общества.

Два участника обратились в суд с требованием о признании корпоративного договора ничтожным. По мнению истцов, указанное положение корпоративного договора лишает других участников права на управление обществом и нарушает законодательный запрет на голосование по указанию органов управления юридического лица (п. 4 ст. 67.2 ГК РФ).

Суды первой и апелляционной инстанции удовлетворили требования истцов, придя к выводу, что (1) в рамках корпоративного договора участники хозяйственного общества могут определить порядок осуществления корпоративных прав, но не могут отказаться или воздержаться от их осуществления, и (2) положения корпоративного договора, обязывающие участников голосовать в соответствии с указаниями директора общества, противоречат закону.

Кассационная инстанция отменила указанные выше решения. В передаче кассационной жалобы для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации отказано.

В мотивировочной части кассационного постановления тройка судей указала, что выводы нижестоящих судов основаны на неверном понимании природы корпоративного договора, который как раз предполагает снижение вплоть до полного отказа дискреционных полномочий участников использовать принадлежащие корпоративные права.

Участники хозяйственного общества при заключении корпоративного договора добровольно ограничивают объём принадлежащих им корпоративных прав и принимают на себя обязательства использовать данные права с учётом интересов других участников такого договора. Кроме того, корпоративный договор заключён между участниками общества, которые пришли к соглашению голосовать с учётом мнения одного из них именно как участника общества, а не как его директора.

Полезный совет: если сторона корпоративного договора, по указанию которой участники обязаны голосовать, занимает или может занять в будущем должность единоличного исполнительного органа, чётко обозначьте в договоре статус такой стороны именно как участника общества.

ВРЕДНЫЙ СОВЕТ 4. Устав противоречит корпоративному договору? Оставьте всё как есть![4]

Не приводите устав в соответствие с корпоративным договором. Если из противоречия возникнет спор, суд определит, что применять, как в деле А54-8476/2019.

Если положения корпоративного договора противоречат уставу, то стороны корпоративного договора не могут ссылаться на его недействительность (п. 7 ст. 67.2 ГК РФ). Однако из этого положения не всегда очевидно, какой из двух документов должен применяться в случае их противоречия.

Так, между акционерами АО "СТП-Саста" был заключён корпоративный договор. В обществе было 2 акционера, одному из которых принадлежала 1 акция, а второму – 612 772 559 акций. В корпоративном договоре стороны договорились, что решение по всем вопросам повестки дня общего собрания акционеров принимается всеми акционерами согласованно (единогласно).

В нарушение указанного положения на годовом общем собрании акционеров общества были приняты решения, против которых голосовал владелец 1 акции. В связи с этим он обратился к ответчику с иском об оспаривании решений общего собрания акционеров.

Возражения ответчика - владельца мажоритарного пакета акций сводились к тому, что устав не устанавливает таких повышенных требований к количеству голосов, необходимому для принятия решения, применяться должны положения устава, в связи с чем решения собрания законны.

Суды удовлетворили иск, отметив, что "законодатель императивно не требует полного соответствия корпоративного договора уставу общества и допускает изменение его условий для участвующих в договоре в качестве сторон участников". Решения годового общего собрания акционеров, против которых голосовал владелец 1 акции, признаны недействительными.

Полезный совет: не допускайте ситуации, когда устав противоречит корпоративному договору. Если положения корпоративного договора противоречат действующему уставу, меняйте устав. Установите в корпоративном договоре обязанность сторон принять решение об утверждении изменений в устав / новой редакции устава в течение определённого срока с даты заключения договора.

ВРЕДНЫЙ СОВЕТ 5. Зачем мне юрист? Я сам могу![5]

Если понятийно с партнёром обо всём договорились, то не тратьте время и деньги на юристов. Напишите договор сами и не думайте о юридической терминологии!

Корпоративный договор является важным юридическим документом. Каждая его формулировка должна точно отражать договорённости сторон, а терминология, используемая в корпоративном договоре, должна соответствовать используемой в законе. В ином случае результат может быть непредсказуемым, как в деле А51-10585/2020.

Между всеми участниками ООО "Калина Хлопок" – пятью физическими лицами - заключён корпоративный договор.

Один из участников требовал признать недействительным пункт корпоративного договора, в соответствии с которым "решения по всем вопросам деятельности общества требуют единогласного одобрения всех участников общества".

Отказывая в иске, суд указал, что из содержания оспариваемых пунктов невозможно установить, что представляет собой неопределённое "единогласное одобрение". По мнению суда, оспариваемая формулировка не указывает на обязательность наличия 100% голосов для принятия решения на общем собрании, носит декларативный характер и не является общепринятым в юриспруденции сокращением словосочетания "решения по вопросу принимается всеми участниками общества единогласно".

Полезный совет: при подготовке договора используйте термины так, как они употребляются в законе.

 

---

[1] По мотивам дела А51-11120/2020 (Решение Арбитражного суда Приморского края от 01.02.2021 по делу А51-11120/2020 Постановлениями 5 ААС от 20.04.2021 и АС Дальневосточного округа от 28.07.2021 оставлено без изменений).

[2] По мотивам дела А40-217832/2020 (Решение Арбитражного суда г. Москвы от 07.05.2021 Постановлениями 9 ААС от 09.07.2021 и АС Московского округа от 18.10.2021 оставлено без изменений).

[3] По мотивам дела А45-6005/2020 (Решение Арбитражного суда Новосибирской области от 04.12.2020 и Постановление 7 ААС от 23.03.2021 отменены Постановлением АС Западно-Сибирского округа от 26.07.2021, Определением Верховного Суда РФ № 304-ЭС21-21596 от 26.11.2021 в передаче дела на рассмотрение в судебную коллегию отказано).

[4] По мотивам дела А54-8476/2019 (Решение Арбитражного суда Рязанской области от 09.07.2020 Постановлениями 20 ААС от 20.10.2020 и АС Центрального округа от 09.04.2021 оставлено без изменений).

[5] По мотивам дела А51-10585/2020 (Решение Арбитражного суда Приморского края от 01.02.2021 Постановлением 5 ААС от 20.04.2021 и Постановлением АС Приморского округа от 12.07.2021 оставлено без изменения).